Трафареты для незрячих

Трафареты для незрячих
(Голосуем по правилам)

«Мне голос был.
Он звал меня»
Анна Ахматова

Эта строчка из стихотворения Анны Ахматовой с утра не давала покоя.

Сегодня 18 марта 2018 года.

На днях подробно расспросила друзей, как будут голосовать незрячие? Люди, которые разрабатывали специальный трафарет, чтобы слепой человек мог проголосовать правильно, самостоятельно, руководствуясь собственным решением, эти люди мне всё объяснили.

Фамилии кандидатов должны быть написаны по брайлю – столбиком. Всё это на двойном листочке, то есть лист согнут пополам. В него вкладывается бюллетень, на котором расположены фамилии кандидатов, которые должны совпасть с брайлевским вариантом. В брайлевском же варианте, в конце каждой фамилии, должен быть вырезанный то ли квадратик, то ли кружочек. Точно не могу сказать, потому что… Не удалось мне поучаствовать в столь серьёзном, ответственном мероприятии нашей необъятной Родины.

Можете, мой дорогой читатель, сказать, что вовремя не побеспокоилась, Да? Ну, это неправда. Беспокоилась, ещё как беспокоилась.

Звонила по номеру, который был указан в смс. Вы тоже получили? Тогда, знаете, но, возможно, Вы не звонили по нему.

Мне, после некоторого ожидания, сообщили (даже правильно сообщили) номер телефона участка, где я должна буду проголосовать. Рядом с моим домом находится школа. Вот, там-то и должно всё случиться. Спросила я и про трафареты у той же дамы, которая дала номер участка. Она не имела об этом никакого понятия, и потому переключила меня на специалиста. Где находился в это время тот самый специалист, невозможно даже предположить. В моём телефоне очень долго играла музыка. Ну, очень долго. Я подключила наушники, а телефон положила в карман. И, пока музыка играла, я успела пообедать и помыть посуду. Но мне никто и ничего не сказал, и музыка не прекращалась. Пришлось остановить её, нажав кнопку.

Я ещё несколько раз звонила, и мне всё время играла та бесконечная музыка. Пытаясь понять, что происходит, я звонила знакомым. Народ только удивлялся и спрашивал: «Ну, а музыка-то хоть приятная?» Я отвечала честно: Музыка ритмичная, и очень напоминает «металл», или, может быть, «Тяжёлый рок». Немного знакома с подобной, потому что, когда писала «Маленькую страну», наши незрячие детки, ученики саратовской школы просветили меня. Должна сказать, что в данной ситуации, если долго слушать, она, такая музыка, подавляет и угнетает. Слушаешь, как неотвратимость, как полную «безнадёгу» и беспросвет.

В общем, решила я больше её не слушать, а попытаться дозвониться на свой участок. Но здесь работа кипела, и было всё время «занято». Про себя я размышляла, если специальных трафаретов не будет, не стану голосовать. Я хотела на сей раз, коли появилась такая возможность, голосовать только по правилам. Так что же с трафаретами, в конце-то концов?! Так! Может быть, знает наша районная социальная служба? Должна знать. Она же не просто обслуживает меня, а забирает за это немалые денежки. Тем более, если сравнивать с другими регионами. Приходится сравнивать.

Заведующая пообещала узнать про трафареты для слепых. Но, кажется, забыла. А, может, подумала: «Да что там голос Ахтямовой! Кому он нужен? Обойдутся и без него». Возможно, она и права, но я-то думаю иначе: А вдруг кому-то как раз не хватит одного голоса! Что тогда?

Беда ещё в том, что голосование проходит в воскресенье, и у социального работника – законный выходной. Если бы это происходило в будний день, можно было бы с ней пойти в соседний дом, то есть, в школу, на мой участок, чтобы проголосовать. Правда, за такую услугу полагается заплатить 230 рублей.

А насчёт трафаретов так ничего и не удавалось выяснить. Почему? Да, всё потому, о чём рассказала выше. И, всё же, мой гражданский долг не давал мне покоя. Договорилась с одной знакомой, что пойду с ней и проголосую. К сожалению, она работает и по выходным дням. Но пообещала. Думаю, шут с ними, с трафаретами. Единственно, хотелось бы знать, квадратик там вырезан, или кружочек? Ладно, это всего лишь любопытство.

Жду знакомую, звоню. Она занята, но пробует меня успокоить тем, что голосование до 20 часов. Успеем, мол.

И вот уже на часах 17 20. Да, двадцать минут шестого. Надежда, что знакомая успеет приехать, начала подтаивать. Звоню на участок, по тому номеру, который получила до музыки, и по которому прежде не могла дозвониться потому, что всё время были короткие гудки. Ура! Наконец-то! Отвечает приятный женский голос. Интонации уверенного, всезнающего человека. Ещё раз ура! Оказывается, трафареты для незрячих избирателей имеются. Коротко объясняю свою ситуацию и говорю о своём желании проголосовать. Но, для того, чтобы я смогла проголосовать «на дому», оказывается, должна была позвонить до четырнадцати часов.

Итак, мой голос, голос незрячего избирателя (Но Вы, мой уважаемый читатель, можете дополнить про инвалидность, про ограниченные возможности и прочее, если захотите)… Да, что уж там говорить про мой голос! Обошлись без него, и, слава богу! Хотела голосовать по правилам, и по правилам всё вышло. И никто не виноват, и ничего не надо делать. Помните, два классических вопроса, которые так мучили великих русских писателей, что вопросы эти были вынесены в заглавия их произведений: «Кто виноват?» и «Что делать?»

Думаю, господа лукавили. Всё они знали, и про то и про другое.

А вот, что делать нам, слепым и прочим инвалидам, и пожилым людям. И теперь уже всё это вместе. И ещё я подумала о том, что на участке, куда я звонила, вероятно, в данный момент были и не очень обременённые работой люди, и наблюдатели, которые вполне могли сделать исключение и уделить слепому избирателю пять-семь минут. Больше-то и не потребовалось бы. Неужели нельзя было кому-то, относительно свободному, передать трубочку, договориться и сопроводить слепого и, после голосования проводить до подъезда. Я ведь сейчас говорю даже не о нарушении прав инвалида, а об элементарном человеческом поступке, о человечности. Конечно, пока ты здоров, пока тебе, допустим, – тридцать, сорок, даже пятьдесят, невозможно представить, какие беды, болезни настигнут, например, в семьдесят лет. Об этом не думает тот, кто идёт по жизни с закрытыми глазами и с закрытым сердцем. А, может быть, стоит подумать?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *