Перед Новым Годом

Перед Новым Годом

Завершилось первое полугодие, а школа все еще не была моей: не проходила внутренняя настороженность. Ко многому я не могла привыкнуть, боялась отличиться, что-то сделать не так, как другие, как все. Меня всё время тяготило, что все вокруг догадывались или даже точно знали о наших чувствах, о наших страданиях, что отношения нашей тройки всегда оказывались в поле зрения учащихся и учителей. Правда, кое-кто сочувствовал, но знала: мне сочувствовали гораздо меньше, чем тебе и Вадиму. Точнее, я оказалась в положении обвиняемого. И вскоре получила письменное подтверждение моим догадкам. Оно пришло от лица, достаточно уважаемого в школе, и тем неприятнее было мне. Но об этом позже.

— Кира, а ты какой костюм готовишь?- Строго спросила воспитательница, явно не полюбившая меня. Я хотела сказать, что мне не нужен костюм, что не хочу его делать, но в очередной раз испугалась, что окажусь не такой, как все, и потому ответила уклончиво:
— Что-нибудь придумаю.
— Долго думаешь,- неприязненно заметила она.

Но здесь вмешался ты. Вмешался, скорее всего, потому, что в вашей школе не принято было подобные замечания оставлять без ответа:

— Кира делает костюм Красной шапочки — это очень романтично. Но она не определилась с Волком, и поэтому свой костюм держит в секрете.

Конечно же, ты выдумывал, как часто бывало. В разговор немедленно встряла Юля, посещавшая в очередной раз своего кумира:

— Слушай, Крутов, нарядись Волком! Вот будет здорово! Такая очаровательная пара! Ты будешь рычать и всех отпугивать от Киры! Какая прелесть!

— Видишь ли, Юлинька, — заговорил ты медленно, растягивая слова,

— Я все же для начала должен буду Киру слопать, если ты помнишь сказочку? А сие обстоятельство непременно огорчит кое-кого. Понимаешь?

Вот так вы с Вадимом порой задевали друг друга. Вадим, разумеется,- реже. Воспитательница сразу переключилась на тебя:

— А у тебя, Крутов, какой будет костюм?

— Видите ли, Раиса Петровна, я думаю, у меня должен быть костюм влюбленного дежурного. Буду всех охранять, оберегать, защищать… Особенно Киру! – внезапно закончил ты.

Я вздрогнула, а Юля весело завизжала:

— Ой! Ее, Крутов, и без тебя найдется, кому оберегать и защищать! Вот ты бы лучше за мной приглядел, а?!

— Видишь ли, Юлинька, тебя оберегать мне — уже, в некотором смысле, — поздно…

Ты усмехнулся, а Раиса Петровна почему-то посмотрела на меня и закричала в возмущении:

— Что такое, Крутов?! Это что за  разговоры?! Я совершенно не узнаю тебя в этом году!!!

— Видите ли, Раиса Петровна, я, конечно, постараюсь измениться после Нового года, и это исключительно только для Вас. Ну, а что касается Юлиньки: Я только хотел сказать, что её намерен оберегать, влюбленный в неё, Боря Шикин. Правда, Боря пока учится в пятом классе, но у неё, всё же, есть шанс. Она может несколько раз остаться на второй год, и сидеть с ним за одной партой, и быть всегда рядом… Ну, вот, например, как они, — так снова неожиданно завершил ты свой монолог, да еще махнул небрежно в мою сторону.

— Какой ты, Крутов, глупый!- рассердилась Юля и быстро пошла к двери.

— Видишь ли, Юленька, я бы поспорил с тобой относительно своих умственных способностей, но, учитывая твои умственные возможности, вероятно, не сумею тебя переубедить. Поэтому рекомендую тебе обратиться к Кире. Она обладает «огромным» терпением и, возможно, объяснит тебе, какой я есть.

«Огромный» ты произнёс, безобразно картавя, передразнивая, таким образом, меня.

— Да отстань ты от нее!- не выдержал, наконец, Вадим, имея в виду, разумеется, меня, а не Юлю.

— Юлинька, отстаю!- Сказал ты и громко рассмеялся. Вадим с ненавистью посмотрел на тебя, а затем, испытующе взглянул на меня и увидел на моем лице полное безразличие, мою маску: мне, мол, всё равно. Я не обращаю внимания на подобные глупости и, вообще, ничего не слышу. Он благодарно улыбнулся.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *