Как добро боролось со злом

Как добро боролось со злом

(Сказка)

Жила-была на далёком суровом севере девочка небывалой красоты. Звали её Елена. И все мы знаем, что во всех сказках Елена бывает не только красавицей, но и умницей. Но ведь не все люди любят, когда кто-то и красивый и умный, поэтому даже односельчане относились к ней по-разному. Одни говорили: «Ну, чем она лучше нас? Просто, надо как следует приглядеться, и можно увидеть, что она, как и все люди: Руки, ноги, голова. Тоже мне, нашли красавицу!» А другие замирали от восхищения, когда встречались с ней. Некоторые даже кланялись при встрече, крестились и шептали: «Дай Бог тебе счастья! Храни тебя Господь!» Так было, и потому одни после встречи с ней испытывали тошноту и головную боль – это от злости и собственной зависти. Правда, злые люди не умели думать и рассуждать, поэтому не догадывались о причине своего плохого самочувствия. Другие даже не хотели расставаться с Еленой, но у добрых людей всегда много дел. И дела их тоже добрые: Кто-то нуждается в их помощи, а с кем-то надо просто поговорить, чтобы тот человек знал, что о нём помнят и желают ему добра.

Так и получалось: Поприветствовав Елену, они быстро шли по своим делам. Им самим даже казалось, что после встречи с ней, они не шли, а летели, как на крыльях. Они ласково улыбались всем встречным и всё время что-то напевали потихонечку. Елена сама тоже была всегда чем-то занята: То бежала к стареньким и больным соседям, чтобы покормить их чем-нибудь вкусненьким, то забегала в соседний дом, чтобы навести там порядок, потому что старым и больным людям это уже было не под силу. А иногда её просили присмотреть за чьим-нибудь маленьким ребёнком, и дитя то никогда не плакало с ней. А после улыбалось и играло, не докучая своим родителям. А уж как любила своих родителей Елена и как заботилась о них, об этом придётся рассказывать очень долго. Да и надо ли рассказывать такое? Разве не должны дети больше всех на свете любить тех, кто дал им жизнь, кто воспитал, кормил, заботился о них и хотел, чтобы их дитятко было самым умным, самым счастливым и самым красивым.

А когда её папа и мама состарились и умерли, осталась Елена одна-одинёшенька. Не было у неё ни сестёр, ни братьев. Очень тогда загрустила она, потому что раньше думала, что родители будут жить всегда. Да только жить на далёком суровом севере нелегко. Об этом хорошо знают сами жители севера, хотя тот, кто там ни разу не был, может быть, даже не поверит. Особенно грустно было Елене, когда наступала долгая  полярная ночь. И стала тогда Елена рукодельничать. Она научилась шить и вязать и придумывать, как сделать тёплой одежду и даже обувь. К  Новому году уже повзрослевшая девушка дарила людям подарки, сшитые и связанные умелыми руками. Она не задумывалась над тем, что одни принимали подарки её с большой благодарностью и старались ей тоже помочь, чем могли: Приносили еду, ткани и нитки для вязания или ношеные вещи. Елена умела из старых вещей сшить красивые кофточки, платья, вязать носочки и тёплые жилеты. И всё это выглядело, как новенькое. Делала она подарки и злым людям, потому что думала, что доброй надо быть со всеми людьми, что тогда и злые станут добрее.

Но, если добрые люди отвечали добром и благодарностью, то злые придумывали всякие плохие истории о ней, сплетничали и старались как-нибудь навредить. И вот кто-то из них придумал, что подарки эти не простые и будто бы тот, кто станет носить одежду, сшитую или связанную её руками, будет болеть и может умереть. Такие разговоры, а вернее всего, — злые сплетни передавались от одного к другому. И стали добрую, ни в чём не повинную девушку называть злой колдуньей. Правда, добрые люди тоже уже давно не называли её по имени, а говорили о ней: Наша добрая волшебница. Да только как тут не вспомнишь народную пословицу: «Хорошая слава лежит, а плохая бежит».

Жила по соседству с Еленой старенькая бабушка. Была она очень добрая и очень умная. В молодости бабушка прочитала много книг, знала римскую и греческую литературу и даже какой-то непонятный для других язык. Говорили, что эта бабушка когда-то, очень давно, учила взрослых людей. Наверное, это были какие-нибудь студенты, потому что другие взрослые люди думают, что знают всё и не очень-то хотят учиться. Хотя говорят, что умные люди учатся всю жизнь. А что они умирают дураками (так тоже говорят), — это вовсе не правда. Так может случится, что к старости человек многое забудет и изменится, тем более, если он заболеет. И всё-таки, нельзя его так называть, потому что он всё равно остаётся человеком. И ни один человек не может знать, что с ним случиться в старости или, если он вдруг заболеет. Бабушка, соседка Елены, тоже часто хворала, но память у неё была хорошая. Помнила она книжки, которые прочитала в молодости, да только не с кем ей было поговорить об этом. И вот, с некоторых пор она начала говорить о себе и о прочитанных книжках с Еленой, когда девушка заходила, чтобы помочь по дому. То, что рассказывала бабушка, напоминало Елене сказки, которые она когда-то в детстве слышала от своей родной бабушки, но соседка называла свои сказки легендами и мифами. А Елену она стала называть Венерой за её необыкновенную красоту.

Однажды бабушка предложила Венере (мы тоже теперь иногда будем так называть её) перейти к ней жить. Она знала, что девушке многие завидуют и боялась, что могут её обидеть. К тому же, бабушке самой было скучно, особенно долгими зимними вечерами и так хотелось, чтобы была рядом живая душа. Венера сразу согласилась, и стали они жить вдвоём. Днём девушка занималась домашними делами: Готовила обед, стирала бельё и мыла пол. А вечером обе они присаживались поближе к тёплой печке, и бабушка рассказывала то, что когда-то прочитала в книжках. Венера внимательно, с интересом слушала свою собеседницу, а её неутомимые руки, как всегда, что-то вязали, или шили, чтобы порадовать людей, устроить для них маленький праздник. Но как-то бабушка сказала: «Злые люди не умеют радоваться. Дари свои изделия людям, которые в них нуждаются и будут тебе благодарны». На это Венера ответила: «Если делать добро злым людям, они могут стать добрее.  Или, может быть, дети их будут добрыми». Бабушка замолчала. Думала о чём-то о своём, как будто что-то вспоминала, или не решалась что-то сказать. После долгого молчания она нехотя промолвила: «У  злых людей нередко вырастают злые дети. Разве ты не замечаешь, как они бросают в тебя  камешки и снежки?» Венера засмеялась: Она всегда думала, что это  просто детское баловство. Дети ещё глупые и не понимают, что делают нехорошо. Улыбаясь, она ответила бабушке: «Когда они повзрослеют, не будут  делать так. Не станут же взрослые дяди и тёти бросать камешки в человека ни с того ни с сего?» Бабушка снова не сразу заговорила. Молчала. Потом горько усмехнулась и сказала? «Став взрослыми, они будут бросать невидимые камни…» Венера очень удивилась: «Разве такие камни бывают?» «К сожалению, бывают. Несмотря на то, что они невидимые, бьют куда больнее, и боль эта иногда не проходит, и остаётся до конца жизни»,-

Сказала бабушка, совсем погрустневшая. Венере тоже стало очень грустно, но она не знала, что ответить на это, потому что ещё была очень молода и не знала, как бывает, а думала лишь о том, как должно быть.

Вдруг бабушка улыбнулась и сама заговорила: «Ты, Венера моя, с каждым днём становишься всё краше. Пора тебе замуж выходить». «Да ведь у меня и жениха-то нет!» — Смущённо сказала девушка. «А ты бы присмотрелась повнимательней. Может быть, есть, да только ты не замечаешь», — загадочно улыбаясь, произнесла бабушка.

После долгой и уже надоевшей всем зимы пришла короткая, но долгожданная весна. Пришла она тогда, когда по календарю уже должно быть лето. Получилось, что весна и лето пришли вместе. А когда поспели первые ягоды и стали появляться кое-где самые первые грибочки, Венера стала ходить в лес. Почти всё, что ей удавалось насобирать, она умудрялась раздать по дороге домой. Бабушка не сердилась, а только весело смеялась. Ей было жаль девушку, потому что Венера приходила всегда уставшая. Для походов в лес она сама сплела удобную и симпатичную корзинку и смастерила себе такие смешные башмачки с загнутыми вверх носами. Были они лёгкие, как пушинки, хотя и смотрелись на её маленьких ножках очень забавно. Прямо-таки клоунские. «Носы загнулись,

Потому что я не рассчитала размер. Они мне чуть-чуть большие», — Объясняла Венера. «Смотри, не потеряй», — шутила бабушка каждый раз, когда провожала её в лес.

Однажды это всё-таки случилось. Вернее, девушка не раз уже теряла то левый, то правый башмачок, но, поискав какое-то время, всё же находила их. Утешалась тем, что, если бы они были ей малы, было бы ещё хуже. Как бы она тогда ходила в них целый день? Если бы было тепло, а лес был бы где-нибудь в тёплых краях, можно было бы, наверное, походить там босиком. Зато не было бы там такой красивой и сладкой брусники и морошки, и других северных ягод. Да грибов, видимо, тоже. Как нарочно, в тот день, когда потерялся один башмачок, который она сколько ни искала, не нашла, Венера набрала полную корзину всего-всего. Даже собрала какую-то лечебную траву, которой поила бабушку от простуды. Она решила в этот раз всё принести домой, чтобы сделать заготовки на зиму. Идти в одном башмачке было ужасно неудобно. Венера сняла его и вначале хотела выбросить, а потом вдруг подумала: А что, если второй найдётся в следующий раз? Или, может быть, попробовать сшить такой же? Положила единственный теперь башмачок в корзину и пошла босиком. Шла она всё быстрее и быстрее, потому что земля была холодная, да и не привыкла девушка босиком ходить.

На опушке леса её внезапно окликнул молодой человек. «Здравствуй, Елена! Что же ты ходишь босиком? Где твои чудесные башмачки?» — Говорил он, приветливо улыбаясь. Она смутилась и  покраснела. Потом тихо прошептала: «Один я потеряла и не смогла найти в лесу, а другой пришлось снять…» Он опять заговорил, продолжая улыбаться: «Я слышал, как бабушка называет тебя Венерой. Ты и в самом деле, — красавица, и уже совсем взрослой стала. Ты разрешишь мне тоже так называть тебя?» «Не знаю… Меня по-разному называют. Зовите так, как Вам хочется», — ещё больше смущаясь, ответила она. А он взял из  её рук тяжёлую корзину со словами: «Я помогу тебе донести. А меня зовут Фролом». Но пошли они не сразу, Венера не могла от смущения и растерянности сдвинуться с места. А Фрол не знал, что сделать, чтобы она дальше не шла босиком. Хотел снять свои башмаки, но подумал, что они у него такие тяжёлые и такие огромные, и что она же в них вся утонет. Девушка была такая хрупкая и маленькая. А он был такой большой и сильный. И в ту же минуту Фрол понял, что нужно сделать. Он легко подхватил девушку на руки. Он мог держать её одной рукой, а в другой нести корзину. Она просила отпустить её, потому что очень стеснялась, но он строго сказал ей: «Ты можешь простудиться. Бабушке тяжело будет за тобой ухаживать». Так и пронёс он свою ношу через всё село. А когда они подошли к дому, Фрол попросил разрешения войти. Самовар у бабушки уже был готов. Она как будто и не удивилась тому, что молодые люди пришли вместе. Даже  как будто ждала их. Она угощала их горячим чаем с вареньем и с булочками, которые Венера приготовила с утра, сама всё время смотрела то на одного, то на другого, при этом продолжая загадочно улыбаться. И тут заговорил Фрол: «Я знаю, что у Венеры не осталось никого из родных, поэтому, бабушка, хочу именно у Вас просить разрешения выйти ей за меня замуж. Обещаю, что никогда не буду обижать. Да и грех такую обидеть. Красавица, скромница. А какая работящая.  Вам теперь мы станем вместе помогать». Посмотрела бабушка на Фрола внимательно и сказала: «Семья у вас хорошая. Помню твоего батюшку ещё молодым. Добрый он был и хозяйственный всю жизнь. Если Венера согласна, то совет вам да любовь». Фрол поблагодарил бабушку и спросил, на всякий случай, как же её зовут? Неловко было ему называть бабушкой. Она ответила: «Любовь меня зовут». Очень любили друг друга мои родители, поэтому и назвали так». И тут Фрол сказал: «Когда у нас родится дочь, мы тоже назовём её Любовь. Я чувствую, что мы тоже будем любить друг друга всю жизнь».

А Венера только счастливо улыбалась и думала, как ей стало легко и спокойно, потому что рядом с ней теперь всегда будет такой сильный и умный человек.

Вскоре они сыграли свадьбу в доме Фрола, потому что дом у него был большой, и собрались родственники. Венера была одета в белое шёлковое платье. Бабушка подарила ей жемчужное ожерелье и серебряный перстенёк, которые сама носила когда-то в молодости и сберегла, на всякий случай.     Никогда ещё не было в здешних местах такой весёлой свадьбы, и не было такой красивой невесты. Бабушка тоже была очень нарядная и похожа на королеву. Да и сидела она рядом с невестой.

На ней тоже было шёлковое платье, только голубое, как небо. Бабушка достала его из сундука. Давным-давно уже не надевала. Венера пришила к нему всякие кружева и рюшечки и украсила живыми цветами.     И вот стали они жить-поживать да добра наживать, как в любой сказке. Бабушка осталась жить в своём домике, где прожила всю жизнь и привыкла. Только жила она теперь по-другому. Фрол заготавливал на зиму дрова, починил крышу, оседавшую под снегом. А Венера, которая стала для неё как родная внучка, что бы ни делала, всегда помнила про бабушку и помогала, как и прежде. И только одно не давало всем покоя: С некоторых пор Венера стала часто болеть. Бабушка говорила, что это из-за злых и завистливых людей. А Фрол думал, что его жена простудилась, когда ей пришлось идти босиком из леса по холодной земле. А самой Венере стало казаться, что она скоро умрёт, о чём и поведала Фролу. И тут Фрол сказал, что он принял решение увезти её отсюда в тёплые края, но не знал, как об этом сказать. Ведь бабушка уже старенькая, и не поедет с ними. А Венере будет жаль с ней расстаться. Бабушка же, которая случайно услышала этот разговор, сказала, что она согласна с предложением Фрола. Они должны уехать, чтобы Венера была здорова.

Прощание было очень тяжёлым. Все плакали, даже Фрол. Все думали о том, что, наверное, больше никогда не встретятся. Но прежде, чем уехать навсегда, молодые люди попросили девочку, жившую недалеко от бабушки со своими родителями, чтобы она не оставляла её, навещала каждый день и помогала по дому. Девочка эта добротой и трудолюбием была похожа на жену Фрола. Звали её Олесей. Не оставлять без внимания бабушку пообещала не только Олеся, но и её родители и её бабушка, потому что все они понимали, как важно в жизни быть добрым и заботливым человеком.

Итак, Елена, которую бабушка назвала Венерой за её красоту, и Фрол уехали далеко-далеко. Письма шли оттуда долго-предолго, а иногда и терялись по дороге. Каждое письмо приносило в дом бабушки праздник. Сама она уже читать не могла и просила Олесю. Девочка читала и всё время удивлялась, что где-то там далеко живут какие-то другие люди, и живут они по-другому. Даже деревья там растут не такие, как на севере. Олеся читала о том, что Елена, которую бабушка продолжала называть Венерой, больше не болеет, родила сына, а потом и дочь, которую они назвали, как и обещали, в честь бабушки Любовью. Любашей, значит. Так вот и Олеся узнала имя бабушки и всё, о чём писала Елена, она рассказывала подружкам, а подружки – своим родителям. Удивлялись тому, что Елена выздоровела, тоже все по-разному: Одни говорили об этом злобно, а другие радовались и просили передать приветы.

Олеся писала письма под диктовку бабушки, старательно выводила каждую букву. Компьютеров тогда ещё не было. Письма получались большие, и поэтому писались не один день. Иногда на это уходила целая неделя. Конечно, бабушка с Олесей не только писали письмо. Они разговаривали, пили чай, перечитывали старые письма от Венеры и Фрола. Олеся понимала, как дороги бабушке эти письма. А ещё девочка, оставив на время своих подружек, приходила сюда, чтобы сделать в доме уборку, побаловать бабушку блинчиками да пирожками, или ещё как-нибудь поднять ей настроение. И всё же, когда бабушка вспоминала о своей любимице, не могла сдержать слёз. Она  состарилась. Ей часто нездоровилось. Закончились и травы, которые запасала Венера. Олеся с нетерпением ждала, когда же наступит лето, чтобы пойти в лес, нарвать там бруснички, пособирать травки для бабушки. Она не забыла, о чём просили её Елена и Фрол. Сами они приехать не могли, потому что не на кого было оставить ещё маленьких детей. Жили далеко, и на дорогу нужно было много денег. Из писем было ясно, что семья у них была уже большая и дружная. Елена всё время хлопотала по дому, успевала и шить и вязать, наряжая своих деток в красивые платья.
Когда подросла их Любаша, они ждали, что скоро родится ещё одна девочка и придумывали ей имя. Решили назвать Надеждой, чтобы была в семье и любовь и надежда на будущее, которое должно быть всё лучше и лучше. Но родились две девочки. Две маленькие феи. Родители спросили у Любаши: «Как же теперь нам назвать твоих сестрёнок?» И она ответила: «Назовём их Валя и Галя. Мне так нравится». Все три дочери Елены и Фрола росли умницами и красавицами. Люди их очень любили, и никто не обижал даже худым словом. А папа и мама радовались тому, что не ведают их дети людской злобы и зависти. У их дочек тоже появилось второе имя, и было оно одно на всех. Соседи прозвали добрых и весёлых девчушек феями. Любашу называли старшая фея, а про двух похожих друг на друга, как две капли воды, говорили все: Две маленькие феи. Елена и Фрол рассказывали детям о бабушке, а дети каждый раз говорили, что, когда вырастут и станут взрослыми, обязательно поедут в гости к этой замечательной бабуле. Да ведь они тоже не знали, как когда-то их мама, что люди стареют, болеют и умирают. Елена, которую бабушка назвала за её красоту Венерой, теперь уже знала не только о том, как должно быть в жизни, но и о том, как бывает. Она радовалась каждому письму, видя почерк Олеси: Значит, бабушка жива.

Летом письма приходили реже: Дел у Олеси прибавлялось. Она управлялась и в доме родителей и успевала помогать бабушке, как и прежде. Девочка ходила в лес, собирала ягоды и грибы, варила варенье. Бабушка научила её разбираться в лечебных травах. Так они готовились обе к предстоящей зиме. А однажды Олеся явилась к бабушке с корзинкой, в которой были не только травы, ягоды и грибы, Оказывается, она нашла в лесу башмачок. И хотя он немного скукожился, сомнений быть не могло. «Это же башмачок моей Венеры!» — воскликнула бабушка, и вдруг громко заплакала. Олеся даже пожалела о том, что принесла его домой. Бабушка держала в дрожащих руках находку и всё время повторяла: «Неужели больше никогда я не увижу нашей красавицы!» Олеся почувствовала, что бабушке хочется побыть одной, повспоминать и поговорить с башмачком, как бы это ни казалось для кого-то смешным. Девочка тихо попрощалась и ушла, решив, что завтра придёт пораньше.

А бабушка всё не выпускала башмачок из рук, обливаясь слезами. Так и заснула.

И приснился ей в ту ночь дивный сон. Сидит она на маленькой скамеечке, которую когда-то смастерил для неё Фрол. Ярко светит солнце. Небо чистое-чистое, как будто только что прошёл тёплый летний дождь. Сидит она, а вокруг неё танцуют три маленькие девочки: Две из них ещё совсем маленькие и похожи друг на друга, как две капли воды, а третья – чуть старше. И такие все хорошенькие, нарядные. Спрашивает бабушка ту, которая постарше: «Как же тебя зовут, девочка? «Любовь меня зовут!» — Весело отвечает она. Бабушка во сне своём недоумевает: Как же так? Ведь это её, бабушку так зовут. И решила она тогда спросить имена у тех, что были младше и похожи друг на друга, на что они отвечали обе вместе. Бабушка не сразу поняла их имена, потому что, когда люди говорят сразу все вместе, не всегда можно понять, что они говорят. Она переспросила, и тогда обе девочки засмеялись и громко крикнули: «Мы – феи!» Бабушка услышала, потому что, если даже много людей будут произносить вместе одно слово, понять, что они говорят,  всегда можно.

Поэтому мы можем понимать слова песни, когда поёт хор. Да, бабушка услышала их и поняла, но всё-таки очень удивилась. Она удивилась ещё больше, когда к ним подошла любимица её – Венера, обняла девочек и сказала: «А это, бабушка, мои дочки». Больше Венера ничего не успела сказать, потому что бабушка проснулась. В тот же миг она ощутила в своей руке что-то прохладное и нежное. Она поднесла это что-то близко к глазам, чтобы рассмотреть, как следует. Мы же знаем, что бабушка была старенькая, и глаза её так плохо видели, что и письмо написать она не могла сама. На неё глянул, словно улыбаясь, то ли цветочек, то ли что-то, вроде бабочки. Приглядевшись, она поняла, что это – самый настоящий живой цветочек, лепестки которого напоминают крылья бабочки. Вспомнила тогда и свой дивный сон и даже подумала, что, может быть, ещё не проснулась? Но в окошко заглядывало летнее солнце, а там, за окном, весело щебетали птички. Внезапно бабушка вспомнила вчерашний вечер. Вспомнила, как плакала над потускневшим, скукоженным башмачком Венеры…

Только где же он? Где башмачок? И откуда взялся этот странный цветочек, и как оказался в её руке. Бабушка терялась в догадках и долго сидела в задумчивости. Ей почему-то вспоминались всякие легенды и мифы, прочитанные давно, в молодости. И тут она поняла, что и эта ночь, и наступившее утро были волшебными. Произошло чудесное превращение старого башмачка в дивный цветок, который и был, если внимательней присмотреться, всё же похож на башмачок. Да-да, цветок этот был похож на нарядный и смешной башмачок с бантиком. А лепестки его, напоминавшие крылья бабочки, напомнили бабушке те пурпурные полоски ткани, которые она отыскала для Венеры в своём сундучке, когда та мастерила обувь для походов в лес. Ткань была шёлковая и, наверное, поэтому башмачки соскальзывали с ног. Всё утро бабушка вспоминала свою жизнь и думала о том, что чудеса происходят в жизни тех людей, которые учатся хорошо, читают много книг и к другим людям относятся с добротой и любовью. Ей казалось, что цветок обладал какой-то сказочной силой. Она почувствовала себя молодой и счастливой. Рассказать ли о происшедшем Олесе? Она ещё такая юная, и не поверит, подумает, что бабушка фантазирует. Или, хуже того, — не соображает, что говорит. Решила рассказать, но не обо всём, о чём думала и что поняла. Когда повзрослеет, сама поймёт многое. Налила бабушка воды в кувшинчик, опустила в него нежный стебелёк и поставила на подоконник.

Олеся была рада, что бабушка хорошо себя чувствует и как будто помолодела. Цветок она не сразу заметила, а только тогда, когда стала поправлять занавеску. «Ой, это же настоящий башмачок! Башмачок Венеры!» — Воскликнула девочка. «Правда, очень похож?» — Сказала бабушка, глядя сияющими от счастья глазами.

Венерин башмачок, — так они теперь обе называли цветок, который появился в доме таинственным образом. Любовались им, меняли воду и ставили на подоконник, чтобы солнечные лучи дарили ему своё тепло. Однажды Олеся увидела, что цветок пустил едва заметные корешки, и предложила посадить его в землю. Жаль было бабушке расставаться с ним, точно так, как когда-то с любимицей Венерой, но она видела, что не хватает живому венериному башмачку простора и воздуха, солнечного тепла и света. Это ведь живое существо, потому вокруг него должна кипеть жизнь. Над ним должны кружиться бабочки и пчёлки. Там, на воле, он сможет перешёптываться с травами и другими цветами. Чтобы бабушка не очень грустила и могла иногда его видеть, решили посадить цветок недалеко от её домика. Была там небольшая полянка с редкими кустиками и невысокой травой. Бабушка брала свою любимую скамеечку, и каждый день подолгу сидела на полянке. Венерин башмачок как будто ждал её. Лепестки его трепетали, как крылья бабочки, и кланялся он, словно приветствуя добрую владычицу. А она разговаривала с цветком, как когда-то говорила с Венерой, рассказывала о своей жизни и о прочитанных книжках, читала стихи. Люди, те, которые видели её за таким занятием, думали, что она старая, поэтому разговаривает сама с собой.

Кое-кто посмеивался над ней. Разве они думали о том, что нехорошо смеяться над старым человеком. Вряд ли таких людей можно было назвать добрыми. Бабушка понимала, что эти люди могут погубить её цветочек, если будут о нём знать. Ей очень хотелось как-нибудь защитить его, но она не знала, что можно сделать. Только, если человек захочет сделать доброе дело, всегда найдутся силы, которые помогут ему, хотя, может быть, не сразу. Задумываясь над участью любимого цветка, видя его незащищённость, бабушка иногда даже плакала. А как-то раз она случайно заметила, что вокруг венериного башмачка стали произрастать какие-то странные грибы. Они словно исчезали, когда она проходила на своё привычное место, как будто пропуская её, а потом появлялись. То же самое происходило, когда бабушка уходила домой.

Говорят же, что шило в мешке не утаишь. Прошло время, и узнали люди и про дивный цветок и про грибы, которые растут возле него. Грибы стали называть дождевиками, решив, что вырастают они сразу после дождя. А позже пошли разговоры о необыкновенном цветке, который появился в их краях. Стали строить всякие предположения. Добрые люди приходили полюбоваться на него издали. А злые хотели непременно сорвать цветок, потому что прошёл слух, что он возвращает молодость и дарит долголетие. Да только когда злые люди пытались пробраться к венериному башмачку, путь им преграждали дождевики. Никто, кроме бабушки, не мог пройти так, чтобы не коснуться их шляпок. Даже при лёгком прикосновении к шляпке такого гриба раздавался хлопок, и в воздух поднималось облако пыли. Злые люди начинали чихать, их глаза слезились так, что ничего не было видно. Оставалось одно: Убраться поскорее восвояси. Зато теперь бабушка точно знала, что никто не сможет просто так сорвать её венерин башмачок. Позже она узнала от Олеси, что кое-где появились точно такие же цветы, хотя и встречаются они очень редко. И все называют их  — венерин башмачок. Разные новости она теперь узнавала от Олеси, потому что всё реже и реже выходила из дома. Мы помним, что была она старенькая и часто болела. Рассказала Олеся и о том, что учёные считают, что венерин башмачок – цветок, который относится к семейству орхидей и что занесён он в Красную книгу

Как редчайший представитель этого семейства. Обо всём, что узнали про необычный редкий цветок, написали Венере и Фролу. Письмо получилось большущее, толстое, еле вошло в конверт. К сожалению, оно было последнее, не считая того, которое написала Олеся сама и в котором сообщала, что бабушка умерла. Разные люди пришли хоронить её. Одни жалели и плакали, прощаясь. Другие перешёптывались,говорили про бабушку, что она была ведьмой и старой колдуньей. После смерти то место, где вырос первый цветок, названный Олесей и бабушкой венерин башмачок, стали называть «Любкино болото». Наверное, кто-нибудь замечал, как плакала не раз бабушка, по имени Любовь, сидя на своей полянке, возле дивного цветочка, думая о Венере и вспоминая свою жизнь.

В последнем письме, которое бабушка продиктовала Олесе, было написано о том, что со злом бороться доброму и честному человеку очень нелегко. Если возможно, надо от него отдалиться, как сделали Венера и Фрол. А ещё, можно злых людей заставить сильно чихать и при этом проливать слёзы, пусть даже невольные и злые. Злые люди должны пострадать от своей же злобы и почувствовать своё бессилие. Может быть, тогда они научатся думать, попытаются измениться, потому что злому человеку бывает плохо самому оттого, что он злой. А добрый человек становится счастливым, потому что умеет сделать счастливыми других людей.

Мы не знаем, надо ли делать так, чтобы злые люди чихали и так сильно, чтобы при этом из их глаз проливались потоки слёз, и вокруг ничего не было видно. Но мы точно знаем, что добрые люди счастливее и умнее злых.
Роза Ахтямова

Как добро боролось со злом: 2 комментария

  1. Спасибо, Роза Захаровна! Сберегу сказку для внуков!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *